Условия содержания политзаключённых и попытки защититься},{
В Волгограде правозащитник сообщил, что начинает терять зрение в следственном изоляторе. Его этапировали в больницу, однако помощь не оказали. В августе руководство СИЗО заставило его заниматься физической активностью, поскольку он отказался подписать контракт на участие в войне. По делу о дискредитации армии он обвиняется за антивоенные посты.
Адвокатка из Калининграда рассказала о тяжёлых условиях перевозки: её поместили в «стакан» — одиночную камеру внутри автозака, и ей приходилось находиться в одном положении весь путь. После одной такой поездки она потеряла сознание. 25 сентября правозащитники сообщили, что её этапировали в суд. В самой колонии из‑за сырости и холода в камере обострились заболевания и появились проблемы с мочеиспусканием.
Самарский саксофонист написал матери письмо о безысходности положения в колонии. У него вторая группа инвалидности из‑за тяжёлых заболеваний позвоночника и кожи, но в ИК ему не передают матрас, а сокамерники называют его «обиженным» и не разрешают пользоваться кухней.
«Я ещё живой по одной причине — остаток веры, что всё может измениться. Надеюсь на обмен политзаключённых на страны ЕС», — написал музыкант в письме, опубликованном в одном из изданий.
Антифашист и фигурант тюменского дела сообщил, что у него участились голоса в голове и панические атаки. Ему назначили дополнительную психиатрическую экспертизу, для чего его транспортируют в Москву. Ранее ему поставили шизофреноподобное расстройство и признали недееспособным. В группе поддержки рассказывали, что психическое здоровье ухудшилось после задержания в 2022 году.
В эфире интервью известного журналиста — лауреата Нобелевской премии мира — показаны фотографии политзаключённых и сделан призыв включать их в списки обмена, а западным журналистам — чаще освещать их судьбы.
Редкие, но тревожные сведения о судьбах и условиях содержания политзаключённых подчеркивают необходимость международного внимания и защиты прав заключённых.
