Инстаграм‑звезды, блокировки мессенджеров и нарастающее раздражение в России

С началом блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и с участившимися отключениями интернета в целом недовольство властью стало расти заметно быстрее. Эти меры ударили уже не по отдельным маргинальным или «подозрительным» группам, а практически по всей стране.

Даже многие вчерашние сторонники нынешнего курса, включая известных публичных персон, стали открыто говорить о разочаровании и называть происходящее преступлением и узурпацией власти.

Привычной госпропагандой и ее бесконечными ответвлениями такое раздражение уже не заглушить. Чувствуется явная растерянность: прежние инструменты влияния больше не работают так, как раньше.

На этом фоне на сцену выходят обитательницы запрещенного в России Instagram* с многомиллионными аудиторями, беря на себя роль условных «представительниц народа».

Одной из первых записала обращение популярная блогерша Виктория Боня, давно живущая за границей. Восемнадцатиминутное видео к президенту увидели миллионы людей. Она начала с утверждения, что его боятся все: и простые граждане, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и обычным народом огромная толстая стена».

Дальше последовал список актуальных проблем: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении животных из Красной книги, которые собираются принимать «во времена вашего правления», до массового уничтожения скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Речь была выстроена так, чтобы звучать как поддержка: с заверениями в лояльности, словами о «наших мальчиках» на фронтах, признаниями в любви к России и ее народу. Появление той самой стены между властью и людьми блогер объяснила тем, что до президента якобы просто не доходит правда: в интернете он не сидит, а информацию получает на бумаге от подчиненных.

Из этого она сделала наивный вывод: нужно создать особую социальную сеть, где гражданин мог бы напрямую обращаться к первому лицу, а тот — лично видеть каждое послание. Такой себе цифровой приемный кабинет «без посредников».

Если довести эту идею до абсурда, получается почти картина из прошлого века: поставить стол у ворот резиденции, разрешить каждому оставлять записки с просьбами и жалобами, приставить караул — и пусть руководитель каждое утро лично забирает «народную почту».

Главный вывод Бони прост: стену между народом и «гарантом», возведенную чиновниками и политической элитой, нужно срочно ломать, иначе «будет плохо».

Почти сразу ее риторику подхватила другая инстаграм‑блогерша, Айза. Она тоже говорит о любви к России и ее народу — при этом тоже находясь за границей. По сути, она по пунктам повторяет тезисы Бони: и про недостоверную информацию, не доходящую до самого верха, и про обогатившихся депутатов с зарубежными паспортами, и про государственный мессенджер, который, по ее словам, нужно «просто сделать нормальным», чтобы он заменил россиянам заблокированные сервисы.

Завершила этот странный патриотический марафон телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она без лишних сантиментов заявила, что пока президент занят «внешнеэкономическими и политическими задачами», внутри страны действует некая группа, стремящаяся подорвать доверие к первому лицу и вывести «несчастный, обездоленный народ» на улицу. По ее версии, это провокация к выборам, а президент и спецслужбы должны «обратить внимание» и жестко разобраться с внутренней «пятой колонной».

В администрации быстро отреагировали на видео Бони, набравшее более 23 миллионов просмотров. Пресс‑секретарь президента заявил, что по перечисленным в ролике проблемам уже ведется «большая работа», задействовано множество людей и «ничего не оставлено без внимания».

Узнав об этом, Боня записала новый ролик. В слезах она просит «не приплетать» ее к иностранным и оппозиционным медиа, которые разбирали ее обращение, подчеркивая, что она «с народом и внутри народа». В кадре, в красной футболке, напоминающей турецкий флаг, блогер вновь рыдает и благодарит пресс‑секретаря и президента, воздевая руки к небу и восклицая: «Спасибо, Господи!», а затем прижимая руки к груди. Пафос и восторг зашкаливают.

Комментаторы, журналисты и пользователи сети тут же начали строить версии происходящего. Одни видят в этом эпизоде проявление подковерной борьбы элит, которым надоел курс, затронувший уже и их самих. Другие считают, что администрация решила «выпустить пар» массового недовольства через инстаграм‑звезду, разыграв старую карту о плохих боярах и хорошем царе. Третьи верят, что это личная инициатива. Четвертые традиционно винят в происходящем Запад и называют Боню «новым Навальным», рассматривая ее видео как попытку раскачать страну.

Какую бы версию ни выбирать, для власти все они неудобны, потому что в сухом остатке показывают одно: раздражение копится уже не только в отдельных социальных слоях, а по всей стране.

Последние годы власть проводила жесткий эксперимент над населением, ясно давая понять: пока нынешний режим у руля, нормальной жизни не будет — будет столько репрессий и насилия, сколько он сочтет нужным. Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для тех, кто оказался «пушечным мясом», возвращающиеся с фронта убийцы в роли «новой элиты».

Тюрьма за любую антивоенную активность, тотальная милитаристская пропаганда, спускающаяся до уровня детского сада, — все это население долго пыталось переносить, делая вид, что «понимает необходимость». Но терпение начало иссякать, когда дело дошло до самого базового — коммуникаций и доступа к информации.

Люди могут смиряться с ухудшением быта, но когда им начинают обрубать связь с внешним миром, друзьями и родными, а также возможность свободно получать и передавать информацию, возникает особенно острое ощущение удушья. При этом у руководства до сих пор советское представление об информационных потоках: будто поток можно перекрыть по щелчку, не ломая саму основу современной жизни.

И здесь с Боней не поспоришь: рано или поздно наступает момент, когда люди уже перестают бояться.

Сдаст ли власть назад в вопросе блокировок? На какое‑то время — возможно. Международные агентства уже сообщали, что российские власти решили повременить с жёсткими ограничениями интернета и Telegram. Но тут же появляется другая новость: государство вкладывает дополнительные десятки миллиардов рублей в структуру, отвечающую за цензуру и техническую блокировку сетевого трафика.

Это означает, что любые послабления будут лишь тактическим шагом, а не сменой курса. Подобные маневры уже происходили: временное отступление с последующим усилением давления — фирменный стиль действующей системы, у которой давно пройдена точка невозврата.

Выбор у нынешней власти предельно узок: или цепляться за контроль любой ценой, или столкнуться с международным правосудием и внутренней расплатой за годы репрессий и войны.

И в этой ситуации особенно резануло финальное обращение к самой Виктории Боне. Во «времена правления», которые она столь эмоционально обсуждает, уже пятый год десятками тысяч уничтожают российских мужчин — представителей того самого народа, который она, по ее словам, так любит из далекого Монако. Делает это не мифическая «шушера» вокруг трона, а сам человек, которому адресованы ее слезные челобитные. Стоит вспомнить об этом, прежде чем записывать новый ролик с благодарностями.

*Социальная сеть Instagram запрещена в России и признана экстремистской.