Коротко о главном
По собранным по открытым источникам данным, обнаружены как минимум 1 305 человек, участвовавших в боевых действиях и после возвращения занявших публичные должности или мандаты. В сумме они заняли 1 311 позиций — некоторые меняли несколько постов.
Как собирались данные
Информация собрана из открытых источников: региональные и федеральные публикации, сайты органов власти и избиркомов, списки кадровых программ, списки депутатов и публичные реестры окологосударственных организаций. Использовались автоматизированные инструменты для первичного поиска, затем все сведения проверялись вручную.
Числа и тренды
Это минимальная оценка: реально вернувшихся с фронта, занявших посты, скорее всего больше. Из 1 305 человек зафиксировано 1 311 позиций; распределение по годам показывает рост: в 2023 году — около 45 назначений, в 2024‑м — не менее 201, в 2025‑м — не менее 754, а с января по май 2026‑го — не менее 311.
География назначений
Назначения распределены неравномерно. Среди лидеров по количеству зафиксированных случаев — Московская область (76), Башкортостан (41), Татарстан (37), Крым и Севастополь (по 30), Самарская область (30), Якутия (29), Новосибирская область (28). При учёте возвращений на прежние должности лидирует Московская область (81), на втором месте — Белгородская область (54).
Кто преимущественно попадает во власть
Значительная часть назначенцев уже была связана с государственными структурами до участия в боевых действиях. По нашим подсчётам, как минимум 848 из 1 305 имели опыт, близкий к госслужбе: 447 человек ранее работали в государственных или муниципальных органах, 303 — профессиональные военные, 98 — сотрудники силовых ведомств. Таким образом, для многих СВО стало ускорителем карьеры, а не примером массового «социального лифта» для случайных рядовых.
Основные пути попадания в систему власти
- Кадровые программы («Время героев» и региональные аналоги) — через них произошли как минимум 446 назначений: отбор, обучение, стажировки и последующее трудоустройство.
- Участие в выборах — прежде всего муниципальных и региональных, дающее публичный статус.
- Продолжение прежней карьеры — для тех, у кого уже были связи и опыт в управлении или силовых структурах.
Специфические механизмы: добровольческие отряды и «депутатские батальоны»
Через специализированные добровольческие подразделения (например, БАРС или формально связанные с региональными формированиями отряды) и через отряды, формируемые в составе силовых структур, чиновники и политики получают статус участника боевых действий. Для части таких людей служба носила формальный характер — размещение вдали от фронта или короткие контракты — но этого было достаточно для получения статуса и дальнейшего продвижения.
Функции и влияние новых назначенцев
Большая часть ролей — муниципального и регионального уровня: почти половина новых назначений и мандатов приходится на муниципальную власть (656 из 1 311). Федеральных должностей немного (около 85), региональных — 570. Часто возвращающиеся с фронта получают портфели, связанные с молодёжной политикой, патриотическим воспитанием, ветеранами или безопасностью — формально солидные посты, но нередко с ограниченным бюджетным влиянием. Тем не менее средний уровень управления (департаменты, аппараты губернаторов, муниципалитеты) даёт реальный доступ к распределению ресурсов и кадровым решениям.
Погибшие и уголовные судьбы
Среди вернувшихся с фронта есть погибшие представители власти: по минимальным оценкам, не менее 48 публичных лиц погибли на боевых действиях. Также отмечаются случаи с уголовным преследованием: некоторые чиновники, отправлявшиеся на службу, оказывались вовлечены в следственные или судебные процессы.
Перспективы
Запущенные федеральные и региональные программы и активности партийных структур указывают, что продвижение участников боевых действий в управленческие и публичные роли рассматривается как долгосрочная политика, а не временная акция. В преддверии выборов количество кандидатов с подобным бэкграундом может вырасти.
Краткий вывод
СВО действительно стала источником кадрового пополнения для органов власти и окологосударственных структур, но преимущество при продвижении получают те, кто уже имел связи с властью или силовыми ведомствами. Для многих участие в боевых действиях стало ускорителем уже существующей карьеры, а не массовым замещением прежних элит.
