Заместитель министра юстиции сообщил, что в 2025 году только около 4% лиц и организаций, включённых в реестр «иностранных агентов», получили этот статус из‑за иностранного финансирования.
Остальные 96% якобы были признаны «иноагентами» из‑за нахождения под «иными формами влияния» — это примерно 206 из 215 внесённых в реестр в 2025 году.
По словам представителя Минюста, доля тех, кого признают по признаку зарубежного финансирования, с каждым годом снижается, тогда как в 2025 году общее число новых записей в реестр выросло примерно на треть по сравнению с 2024 годом.
С 2022 года ведомству достаточно ссылаться на «иностранное влияние» в более широком смысле — это позволило значительно расширить основания для присвоения статуса «иностранного агента» помимо факта получения зарубежных денег.
«Если бы сейчас единственный признак — зарубежное финансирование — сохранялся, то в реестре было бы всего 4% “иноагентов”. Где тогда были бы все остальные? Мы бы искали эти деньги, которых нет. Но деньги там не нужны — там действуют другие формы влияния», — заявил заместитель министра юстиции.
- Статус «иностранного агента» используется как инструмент дискриминации и политического преследования: обладатели такого статуса сталкиваются с серьёзными ограничениями прав, а правоохранительные органы регулярно возбуждают уголовные и административные дела за нарушение обязанностей, связанных с этим статусом.
